Пещерное ретро  - Елена Кароль

Обморок… Кажется, обморок… В голове неприятно гудело, во рту было просто гадко, и почему-то ощущался противный металлический привкус, а сознание никак не хотело возвращаться в полном объеме.

Авария? Эта мысль пришла в гудящую болью голову да так там и осталась. Авария… Дрожащая рука попыталась двинуться с места, но все, что я смогла, — это чуть сжать пальцы. Нет!

Собственная слабость разозлила, и я практически заставила себя открыть глаза. И увидела небо. Точнее, густую листву и крохотный кусочек неба. Листву? Почему-то это удивило намного больше, чем то, что мы вообще попали в аварию.

В ступоре повернула голову направо, и крик замер в горле. Буквально в трех метрах от меня на траве (я лежала на прогалине в лиственном лесу?!) сидел волк. Большой, светло-серый… волк. Он сидел, внимательно рассматривая меня жуткими желтыми глазами… Не рычал, не подходил и уж тем более не торопился нападать и убивать.

Ужасно болело левое бедро, но, страшась хоть на мгновение упустить из вида зверя, я нащупала глубокий кровоточащий порез и как смогла придавила его тканью подола. Спустя минут десять, когда я окончательно распрощалась с жизнью, неожиданно заработала логика и подтолкнула вперед фантазию.

— Здравствуйте… — Первое слово далось труднее всего. Сесть я смогла только с третьей попытки, и то пришлось упереться в землю руками, чтобы не упасть лицом вниз. — Я, кажется, неудачно упала… Не подскажете, где я?

Волк удивленно наклонил голову. Неужели я ошиблась и он неразумный? Было бы не очень хорошо… Опасаясь двигаться, я постаралась осмотреться получше, но кроме незнакомых деревьев и абсолютно незнакомых кустарников ничего не увидела. Лес. Просто лес. Если бы не тот факт, что я не могла определить вид деревьев, то я бы сказала, что это средняя полоса России. Лето. Вечер. И волк.

Он все так же сидел напротив и просто смотрел. Ну, попытка не пытка!

— Вы разумный?

Волк наклонил голову в другую сторону, в этот момент став похожим на собаку. Вот только ошейника не наблюдалось…

— Здесь поблизости есть цивилизация?

Волк странно фыркнул и неожиданно лег.

Я начинала ощущать себя глупо, а удлинившиеся тени намекнули, что хватит рассиживаться — пора что-то предпринять. То, что поблизости не было ни машины, ни Слаафа, угнетало больше всего, но я запретила себе об этом думать. Если начну паниковать, не остановлюсь. Нельзя.

Надо действовать. Выбираться. Но куда? Как? А если это все-таки не разумный зверь, а совершенно дикий? Черт! Я лихорадочно пошарила глазами вокруг себя, но ни камня, ни ветки радом не было. Трава, одна лишь трава да пара корней.

Еще через несколько минут я подползла к ближайшему дереву и, держась за ствол, потихоньку встала. Покачивало, и перед глазами сразу поплыли круги, намекнувшие, что не обошлось без сотрясения. Я понимала в этом до ужаса мало, но все-таки понимала. Может закружиться голова, затошнить… Тогда тем более нельзя медлить и ждать!

— Волчок, давай ты все-таки будешь разумным? — Я с тоской посмотрела на зверя, который тоже встал. — Где тут деревня? Село, стойбище, город? Просто лекарь? Баба-яга, леший, водяной? Господи, да хоть кто-нибудь!

Последние слова я уже истерично провыла, понимая, что еще час — и идти куда-то по темноте будет уже поздно. Я элементарно споткнусь о корягу и расшибусь окончательно!

Волк чихнул, смешно замотав головой, затем встрепенулся всем телом, потянулся, как кошка… И пошел в лес.

— Эй! Ты куда?! — Я была искренне возмущена подобным поворотом дел.

Волк остановился, обернулся, и мне показалось, что на его звериной морде промелькнуло удивление. Я сконфуженно почесала нос и смущенно спросила, затолкав здравый смысл в самый дальний угол:

— К цивилизации, надеюсь?

Волк… кивнул.

Я сморгнула, не веря своим глазам. Так он все-таки разумный?! А зверь, словно на этом лимит общения был исчерпан, снова потрусил в первоначальном направлении. Черт!

— Стой, подожди! Я не могу так быстро!

Господи, лишь бы он вел не в свое логово, где меня съест стая! Господи, лишь бы это были не бред и не горячка! Господи…

Я уговаривала себя потерпеть, уговаривала не паниковать, ковылять, поторапливаться и вообще просто верить зверю, который трусил впереди меня метрах в пяти, то пропадая, то вновь появляясь среди густого подлеска. Мы шли по едва заметной, наверняка звериной тропе.

Уже стемнело, и я едва различала серую шкуру своего провожатого. Дико болели ноги, жутко хотелось пить, немного есть, ныли виски, давило затылок, но я шла. И, кажется, пришла.

Когда за деревьями показалось пламя костра и послышались голоса, я сначала не поверила своему счастью, а затем замерла. Не все голоса одинаково полезны…

А если это враги? В смысле, разбойники, насильники и просто душегубы? Как-то не хочется проверять это на себе любимой! Я девушка, конечно, не робкого десятка, но прекрасно понимаю, что сейчас не смогу дать отпор даже женщине, не говоря уж о мужчине.

Тем временем волк окончательно скрылся за деревьями, и, пока я судорожно размышляла, а не пойти ли мне обратно, от костра донеслись явные приветственные возгласы. Ага…

А потом оттуда ко мне вышли двое. Елки… Орки! Настоящие орки!

Вряд ли мой нервный оскал можно было счесть за приветственную улыбку, но я старалась. Очень!

— 3… здравствуйте, — было страшно, но я крепилась. — У вас бинтов не найдется, я ногу поранила.

Почему я спросила именно это? Не знаю. Наверное, все-таки перенервничала.

Тем временем орки подошли ближе, и я занервничала еще больше. Ночь окончательно опустилась на лес, но я все равно разглядела темно-оливковую кожу, черные волосы, заплетенные в тонкие «африканские» косички, высокий рост (оба — выше двух метров), крепкое телосложение и две пары выпирающих клыков на обеих челюстях. Все это наводило на мысль, что передо мной все-таки орки. И если молодая девушка, одетая в некое подобие кожаного топика, густо расшитого яркими бусинами, и штаны как у индейцев, улыбалась заинтересованно и приветливо, то мужчина лет пятидесяти с огромным тесаком в ножнах на бедре был хмур и рассматривал меня с явным подозрением.